ПОРТАЛ ПРАВИТЕЛЬСТВА РОССИИ

О мерах по реализации Указа Президента «О применении отдельных специальных экономических мер в целях обеспечения безопасности Российской Федерации»

Из выступления Дмитрия Медведева на заседании Правительства

Брифинг Министра сельского хозяйства Николая Фёдорова 

Из выступления Дмитрия Медведева на заседании Правительства 7 августа 2014 года:

Долгое время наша страна никак не отвечала на так называемые санкции, которые некоторые государства ввели в отношении России. Мы до последнего надеялись, что наши зарубежные коллеги поймут, что санкции – это тупиковый путь, они никому не нужны. Но они не поняли, и ситуация сложилась так, что мы вынуждены пойти на ответные меры. Вчера Президент Российской Федерации подписал указ «О применении отдельных экономических мер в целях обеспечения безопасности Российской Федерации». Фактически речь идёт о введении эмбарго на импорт целых категорий продукции из тех стран, которые ввели экономические санкции в отношении российских организаций и граждан. Для исполнения этого указа я подписал постановление Правительства. Россия вводит полный запрет на поставки говядины, свинины, плодоовощной продукции (то есть овощей и фруктов), мяса птицы, рыбы, сыров, молока и молочных продуктов из стран Евросоюза, Соединённых Штатов Америки, Австралии, Канады и Королевства Норвегия. Конечно, это серьёзное решение для поставщиков такой продукции из названных стран. При этом хочу специально отметить: все эти меры не коснутся детского питания и, естественно, не распространяются на товары, которые люди сами покупают за границей в этих странах в рамках нашего таможенного законодательства.

Ограничения вводятся с сегодняшнего дня сроком на один год, но если наши партнёры продемонстрируют конструктивный подход по вопросам сотрудничества, Правительство готово пересмотреть сроки действия этих мер.

Поручаю Федеральной таможенной службе оперативно провести все мероприятия, связанные с выполнением этого решения (иными словами, заблокировать поставки соответствующих товаров), Минпромторгу и Минсельхозу – начать ежедневный мониторинг товарных рынков и уровня цен и докладывать Правительству.

Также хотел бы всех предупредить: попытки спекулятивно подзаработать на этой ситуации будут жёстко пресекаться. Минсельхозу, Минэкономразвития, Минпромышленности и Федеральной антимонопольной службе необходимо наладить работу с представителями торговых сетей, производителями продукции, провести встречи и консультации и определить схему совместных действий, с тем чтобы максимально быстро компенсировать выпадающие объёмы товаров по некоторым позициям и, конечно, не допустить роста цен.

В санкциях нет ничего хорошего, я об этом уже неоднократно говорил, и ответное решение далось нам тоже непросто, мы были вынуждены его принять, но даже в этих условиях мы, уверен, сумеем ситуацию повернуть в свою пользу.

В своих поездках по стране (да и вы сами неоднократно всё это слышали и видели) во время встреч с аграриями мы неоднократно слышали жалобы на то, что российские продовольственные товары, продукты не пускают в российские торговые сети, в магазины. Эти ответные меры, которые мы вводим, фактически расчистят магазинные полки для наших товаропроизводителей. Но, конечно, нашим аграриям тоже нужно многое сделать, много работать, но такой шанс – уникальные условия открытия и расширения импортозамещающих производств – упускать нельзя. Естественно, по всей номенклатуре упомянутых мною товаров с нами остаются наши торговые партнёры из других стран.

Четыре года назад была утверждена Доктрина продовольственной безопасности. По значительной части видов продовольствия она у нас неплохо исполняется – зерно, сахар, растительное масло, картофель перешагнули пороговые значения, установленные доктриной. Это же касается и мяса птицы и, в принципе, касается свинины. Отстаём мы только по некоторым разновидностям мяса и молоку. Это нужно и должно восполнить самим, наши аграрии к этому готовы, особенно если мы им поможем. Кроме того, ещё раз: с нами остаются наши торговые партнёры из других стран. Уверен, что российский рынок будет заполнен нашими свежими качественными продуктами, которые многие россияне и так уже предпочитают иностранным.

Следующее, о чём бы хотел сказать. Кроме названных мер, мы прорабатываем меры, которые могут стать ответом на санкции Европейского союза против российской авиакомпании «Добролёт» за те рейсы, которые выполнялись в Симферополь. Как вы знаете, наш первый низкобюджетный перевозчик, так называемый лоукостер, 4 августа был вынужден приостановить свою работу в результате этих недружественных мер. Все европейские контрагенты отказались исполнять свои обязательства по договорам лизинга на самолёты, их техническому обслуживанию и страхованию, предоставлять аэронавигационную информацию. У наших граждан ещё и из-за этого возникли проблемы, которые мы вынуждены были решать. В таких условиях Правительство России рассматривает ряд ответных шагов. Каковы они? Я их назову. Это не означает, что они немедленно будут введены, но тем не менее они, что называется, на столе. Во-первых, это запрет использования воздушного пространства нашей страны для транзитных рейсов европейских и американских авиакомпаний в регионы Восточной Азии, то есть в Азиатско-Тихоокеанский регион. Конечно, это очень жёсткая мера, тем не менее о ней следует упомянуть.

Во-вторых, мы прорабатываем вопрос об изменении так называемых точек входа и выхода в воздушное пространство России для регулярных и чартерных рейсов европейских перевозчиков. Это, конечно, скажется на цене перевозки, на цене билетов, которые продаются западными компаниями.

В-третьих, наша страна готова пересмотреть правила использования транссибирских маршрутов, то есть денонсировать согласованные принципы модернизации существующей системы использования транссибирских маршрутов. Для государств Евросоюза такой пересмотр может состояться в полном объёме. С авиационными властями Соединённых Штатов Америки мы прекратим переговоры по вопросу использования транссибирских маршрутов.

В-четвёртых, мы, начиная с зимы, можем отменить все те права, которые были дополнительно выданы авиационными властями России сверх ранее достигнутых договорённостей. Хотел бы подчеркнуть, что эти меры не вводятся, а в случае введения могут использоваться и все вместе, и по отдельности. В результате применения таких мер, очевидно, вырастут расходы западных авиакомпаний, причём значительно. Повторю, мы только рассматриваем пока введение таких шагов, но есть одно решение, которое Правительством принято. Речь идёт о прекращении транзитных рейсов украинских авиакомпаний, выполняющих полёты через воздушное пространство России в целый ряд стран – Азербайджан, Грузию, Армению и Турцию.

Наконец, мы потенциально готовы ввести и защитные меры в авиастроении, судостроении, автомобильной промышленности и в других отраслях, но делать это будем осмысленно. Правительство понимает, насколько значимо сотрудничество в этой сфере, и, естественно, мы реально оцениваем наши собственные возможности.

Ещё раз повторю: всё, что я только что перечислил, все те меры, о которых я только что сказал, носят исключительно ответный характер. Мы такого развития событий не хотели, и искренне рассчитываю, что у наших партнёров экономический прагматизм возьмёт верх над дурными политическими соображениями, они будут думать, а не пугать и ограничивать Россию, и взаимовыгодное торгово-экономическое сотрудничество будет восстановлено в прежних объёмах. Мы бы этого хотели.

***

Брифинг Министра сельского хозяйства Николая Фёдорова по завершении заседания Правительства 7 августа 2014 года

Стенограмма:

Брифинг Министра сельского хозяйства Николая Фёдорова по завершении заседания Правительства

Вопрос: Елена Мишина, ИТАР-ТАСС. Николай Васильевич, два вопроса. Насколько вырастет поддержка российского агросектора в связи с тем, что сейчас ему придётся брать на себя дополнительную нагрузку? Первый вопрос. И второй: как будут технически обеспечиваться ограничения, если мы находимся в Таможенном союзе, а Белоруссия и Казахстан санкции не вводили?

Н.Фёдоров: В отношении дополнительной поддержки госпрограммы развития сельского хозяйства у нас есть свои расчёты, которые вытекают из необходимости достижения пороговых значений Доктрины продовольственной безопасности, которая утверждена указом Президента России ещё в 2010 году, и по ним мы будем работать вместе с коллегами по Правительству. И, как сказал и Президент Российской Федерации, и Председатель Правительства ещё раз обозначил сегодня, мы, несмотря на все сложности и трудности, будем вынуждены и по этой причине, и по причине появления такого нового явления, как санкции в этой сфере, искать и находить дополнительные ресурсы для поддержки отечественных сельхозтоваропроизводителей.

Но ещё такая автоматическая форма поддержки вытекает из сложившейся ситуации, – это то, что наши отраслевые союзы по всем основным направлениям сельхозпродукции… Мы с ними неоднократно собирались в последние дни, когда ужесточались требования в адрес России со стороны таких недружественно настроенных стран, и они, оценивая по своим критериям высвобождающиеся ресурсы для них, для производства сельхозпродукции, нам выдали информацию о том, что дополнительный объём производства в нашей стране просто автоматически, в силу сокращения импортной продукции и продовольствия, за полтора года может вырасти на 281 млрд рублей. Но это экспертные оценки отраслевых союзов, они, конечно, требуют дополнительной оценки со стороны Правительства, Минсельхоза Российской Федерации, то есть раз где-то что-то убывает по такой закономерности известной, значит, где-то должно прибыть. На самом деле после появления такого решения со стороны руководства России мы имеем уникальный шанс, для того чтобы подтянуться в развитии аграрного сектора.

Мне в какой-то степени по содержанию сегодняшняя ситуация (конечно, не по форме, а по содержанию) напоминает эффект девальвации рубля в 1998 году, который позволил поднять волну в развитии аграрного сектора и в замещении отечественной сельхозпродукцией очень мощной, большой доли недоброкачественной импортной продукции, которой был завален в середине 1990-х российский потребительский рынок.

В отношении обеспечения защиты наших интересов по соблюдению этого эмбарго в рамках Таможенного союза у нас идут активно переговоры с нашими коллегами из Белоруссии и Казахстана. И в принципе у нас есть механизмы – уже существующие и дополнительные, по которым мы договоримся, чтобы соблюдать те решения, которые будет принимать государство – член Таможенного союза. Мы думаем, что вполне цивилизованно найдём все инструменты для того, чтобы заблокировать возможные угрозы нарушения этого режима, который страна вынуждена была ввести в эти дни.

Вопрос: «Интерфакс», Андрей Беляков. Николай Васильевич, скажите, пожалуйста, является ли перечень окончательным, закрытым, или он открыт? И могут ли туда попасть такие продукты, как вино и другой алкоголь, а также крупы, консервы, соки, воды?

Второй вопрос: как Вы оцениваете эффект на инфляцию от введённого запрета сегодня?

Н.Фёдоров: Перечень может подвергаться определённым изменениям, но, по моим представлениям и по тому, как я понимаю видение ситуации со стороны руководства страны, скорее всего, он не будет и не имеет такой перспективы на сегодняшний день, по сегодняшней оценке, в сторону расширения перечня продуктов питания, продовольствия. Сужение может быть. По поводу того, что крупы и так далее – об этом и речи быть не может. На самом деле, как вы понимаете, речь ведь идёт не о том, что нас интересует перечень этой продукции, а интересует именно отношение авторов санкций к России, как они оценивают наши действия. Я обратил внимание, представители Евросоюза вчера ночью или сегодня утром высказались в таком духе, что санкции России непродуктивны, неоправданны. Как будто бы их предыдущие санкции продуктивны и оправданны.

Сегодня Председатель Правительства сказал в начале заседания Правительства, что это вынужденная мера, нас вынудили принять эти решения. Причём и после первого залпа санкций, и второго залпа санкций Россия не принимала никаких ответных мер, существенных, практических и так далее, и только тогда, когда пошли секторальные санкции, и вы понимаете, видели по крайней мере, что они затронули теперь и ведущие для нас, для аграриев России, кредитные учреждения как Сбербанк, Россельхозбанк, ВТБ, которые являются основными кредиторами и в этом смысле инвесторами в выполнении госпрограммы развития сельского хозяйства, достижении показателей и доктрины продовольственной безопасности.

Санкции в отношении основных институтов развития аграрного сектора России на самом деле по последствиям для России, для российского потребителя, означают появление, я бы сказал, без преувеличения, угрозы продовольственной безопасности. Действительно, не зря Президент России в своём указе ссылается на закон об обеспечении безопасности – экономической и прочей безопасности российского государства, ибо переход санкций в адрес России до уровня ликвидации институтов развития… Это ведёт к параличу всех инвестиционных проектов, которые реализуются в плане индустриализации сектора сельского хозяйства России, и возникает угроза уничтожения конкурентного российского аграрного сектора. Это, мягко говоря, очень недобросовестные приёмы борьбы с конкурентом, с российским сельхозтоваропроизводителем – я имею право оценить ситуацию не без основания, как министр сельского хозяйства. Когда дело дошло до угрозы безопасности, и продовольственной, и государственной, глава государства вынужден был принять эти решения.

Ещё раз оговорюсь, может быть, не очень красиво и цинично, но заставляют нас иногда так говорить: нет худа без добра – есть такая народная пословица. И российскому крестьянству эти решения, принятые Президентом и Правительством Российской Федерации, дают очень хороший шанс, о чём я уже говорил, для того чтобы нам подтянуться и стать более конкурентными. И от тех объёмов, которые были до сих пор в сотрудничестве с Евросоюзом, Соединёнными Штатами, Канадой, то мы заменим их другими партнёрами. И замещать будем не на полгода, не на год, а я думаю, что будем заякориваться надолго на других – Азиатско-Тихоокеанском регионе, Латинской Америке и так далее.

Вопрос: А про инфляцию?

Н.Фёдоров: По нашим оценкам (понятно, что эта тема очень чувствительная, очень важная и актуальная), мы в долгосрочной перспективе, да и в среднесрочной перспективе, не видим угроз неблагоприятного влияния на инфляцию тех решений, которые сегодня принимаются. Конечно, какие-то краткосрочные всплески и психологические, и эмоциональные (как обычно это бывает), сезонные у нас в стране возможны, но угрозы фундаментальной, стратегической, что эти решения будут сказываться негативно на инфляционных ожиданиях, мы не прогнозируем.

Вопрос: Александра Баязитова, газета «Известия». У меня два вопроса. Скажите, пожалуйста, на ваш взгляд, реализация того шанса, о котором говорил глава Правительства и вы, возможна только за счёт собственных средств сельхозпроизводителей или необходимо какое-то кредитное плечо для них? И второй вопрос. Мы знаем о том, что Центральный банк разрабатывает свой план поддержки сельхозпроизводителей. Участвует ли Правительство в разработке такого плана, и в чём может выражаться поддержка именно кредитная сельхозпроизводителей?

Н.Фёдоров: Сегодня Председатель Правительства обозначил, что во всех поездках по регионам страны крестьяне просили ограничить импорт. Я возвращаюсь к этой теме. Крестьяне, аграрии российские (на самом деле это так) практически на всех встречах прямо или опосредованно задевали тему «Помогите нам! Ограничьте импорт сельхозпродукции!» – и ставили точку, не говорили: дайте нам ещё денег, кредиты и так далее. Это правда, вы согласны с этим. В принципе такое вынужденное ограничение импорта – это мощная поддержка, но на рынке меньше пока будет конкуренции. Это благоприятные условия, для того чтобы развить свой собственный бизнес, во всех отраслях такая закономерность срабатывает. Мы, как я уже сказал, уже представили в Правительство для согласования новый проект госпрограммы развития сельского хозяйства, и многие коллеги по Правительству уже его согласовали. Этот проект предполагает, чтобы мы более форсированно двигались к достижению пороговых значений доктрины продовольственной безопасности. Наверняка вы слышали об этом, это уже почти общеизвестные вещи, и Председатель Правительства об этом говорил. Мы обеспечили себя так, как нужно для продовольственной безопасности, зерном, растительным маслом, сахаром, картофелем. На уровне почти пороговых значений обеспечение рыбой и водными биоресурсами, рыбной продукцией. Хорошими темпами идём в обеспечении продовольственной безопасности по мясу и мясопродуктам. Мясо птицы и свинина – очень хорошими темпами, и по говядине идём с опережением графика, который утверждён в госпрограмме; мы не достигли ещё пороговых значений из доктрины продовольственной безопасности, что предполагалось достичь к 2020 году, к 2018 году и по ряду позиций к 2020 году, но идём с опережением графика. Хуже дело обстоит с молоком и молочной продукцией – это из основных видов продовольствия. Исходя из тех потребностей, которые испытывает страна в меняющихся условиях, мы представили свои минсельхозовские предложения по поводу увеличения государственной поддержки. Появление указа Президента в связи с изменившимися условиями, я думаю, даёт нам дополнительные аргументы и надежду на то, что эти предложения и расчёты Минсельхоза будут поддержаны коллегами по Правительству, но прежде всего, конечно, Минфином России. Могу сказать по секрету, что руководство страны (я беседовал на эту тему) политически и организационно понимает и поддерживает необходимость дополнительных вливаний в аграрный сектор России, несмотря на то что высвобождается место на рынке.

Вопрос: Агентство Bloomberg, Ольга Танас. Если позволите, несколько вопросов. Можно уточнить долю запрещённых продуктов из стран, которые ввели санкции в отношении России, в общей доле импортируемых Россией продуктов, потому что звучат разные оценки. Второй вопрос: дефицита каких продуктов вы ожидаете в ближайшее время, пока не удастся заменить их отечественными, и с какими странами Россия планирует расширять сотрудничество, открывать новые рынки? Что планируется ввозить из Латинской Америки, в частности из Бразилии?

Н.Фёдоров: Наши предварительные оценки следующие. На ваш вопрос у меня есть даже подготовленный ответ (это не специально для вас, это то, что делает Минсельхоз в сложившихся условиях). Читаю наш внутренний документ: поставки мяса и мясопродуктов из стран ЕС, США, Канады и Австралии возможно заменить поставками из Бразилии (работа уже началась, вы, наверное, обратили внимание: более 40 новых предприятий мы аккредитовали из Бразилии), плюс Уругвая, Парагвая, Аргентины и Белоруссии; сыра, масла и сухого молока – поставками из стран Южной Америки и Новой Зеландии; овощей – поставками из Турции, Аргентины, Чили, Китая, Узбекистана, Азербайджана; яблок и груш – поставками из Аргентины, Чили, Китая и Сербии; вишни, черешни, абрикосов, персиков – поставками из Узбекистана, Азербайджана, Армении, Таджикистана, Израиля, Турции, Ирана; цитрусовых – из Египта, Марокко, Турции, Южно-Африканской Республики.

В отношении доли импортной продукции, которая уменьшается по разным видам продовольствия, тоже приведу наши данные. Говядина: если страна потребляет 2,345 млн в год, то Евросоюз, Канада, США поставляют нам 59 тыс. т. Обратите внимание: потребляем 2,345 млн, а эти пять субъектов международного права поставляют 59 тыс. – вообще мелочи. Тем более Бразилия и другие страны уже начинают поставлять свою продукцию. Свинина: потребляем 3,415 млн, эти пять стран поставляют 450 тыс. Более существенно, но абсолютно не критично, и нас это не пугает, говорю ответственно. Мясо птицы: 4,28 млн потребляем, поставляют эти страны 338 тыс. – несущественно, мелочи. Рыба: потребляем 3,44 млн и даже больше, поставляют 457 тыс. эти пять стран. Кстати, здесь могу сделать комментарий: мы экспортируем рыбы и рыбной продукции 1,8 млн, а импортируем где-то 700 тыс. всего, то есть мы сейчас в таких условиях очень быстро можем, предприняв организационные усилия, решить проблему абсолютно незаметно для потребителя и решим эту проблему. Молочной продукции потребляем почти 36 млн т, эти страны поставляют 459 тыс. – вообще мелочи. Овощи: потребляем 16 млн, эти страны поставляют 900 тыс. – тоже несущественно. Фрукты и ягоды: потребляем 11 млн, названные страны поставляют 1,6 млн.

Вот основные показатели. Почему мы принимаем эти решения ответственно? Эти цифры нас не пугают, мы быстро справимся с помощью альтернативных поставок этих видов продукции из других стран.

Вопрос: Был ещё дополнительный вопрос: дефицита каких продуктов вы ожидаете в ближайшее время?

Н.Фёдоров: Я задавал этот вопрос всем своим сотрудникам и коллегам, которые работают вместе с нами. Мы не можем со знанием дела сегодня сказать, что ожидаем дефицита таких-то и таких-то продуктов питания. Не знаю, может быть, что-то возникнет через некоторое время, но пока – говорю со ссылкой на специалистов, с которыми работаем, прежде всего, конечно, экспертов разных институтов и представителей отраслевых союзов, на которых мы надеемся, – мы не ожидаем появления дефицита продуктов питания из-за тех решений, которые приняты в эти дни.

Вопрос: ИТАР-ТАСС, Денис Ичёткин. Николай Васильевич, в Евросоюзе уже заявляют о намерении оспорить по процедурам ВТО те санкции, о которых сегодня было объявлено. Вы как юрист какими видите, так скажем, судебные перспективы этого спора? И одновременно: ранее говорилось о том, что наша страна в рамках ВТО собиралась оспорить санкции, введённые против неё. Началась ли эта процедура и на какой стадии она находится?

Н.Фёдоров: Да, тема имеет юридическое значение, но наши партнёры то ли по привычке, то ли в силу просто определённого цинизма в международных отношениях вокруг той ситуации, которая сложилась и развивается, не особенно считаются... Думаю, что с этим согласится любой независимый эксперт, мне кажется. Вы обратились ко мне ещё и как к юристу. Я болезненно, как такой рафинированный юрист, отношусь к этим банальным фразам «двойные стандарты». Очень циничные стандарты в отношении соблюдения юридических процедур... Если это в интересах наших партнёров, то можно не соблюдать юридические процедуры, а если в интересах России, то надо требовать строгого соблюдения юридических процедур. Эти двойные стандарты – это такое уже общее место, но мы к ним привыкли, и исходя из этой «культуры» всё-таки юридическая аргументация позиции и решения руководства России достаточно формализованная, обоснованная. Я не буду сейчас давать подробный комментарий по поводу того, что и правила Всемирной торговой организации… В частности, известная статья 21-я ГАТТ (Генерального соглашения по тарифам и торговле), помните, наверное, предполагает, что все соглашения, все обязательства государств, которые становятся членами Всемирной торговой организации, не могут аннулировать, ликвидировать интересы безопасности, интересы защиты безопасности (продовольственной, экономической, какой угодно другой безопасности) государств – членов Всемирной торговой организации. Поэтому у нас есть правовая аргументация нашей позиции. Понятно, что наши оппоненты могут обратиться к процедурам, которые предусмотрены в рамках Всемирной торговой организации, – мы готовы к тому, чтобы аргументировать и участвовать в этих консультациях и спорах с нашими оппонентами по этой теме.

Мы исходим из того, что Россия достаточно адекватно, юридически обоснованно в рамках правил и процедур Всемирной торговой организации действует и реагирует и на эти санкции, которые уже идут третьей волной на интересы российского государства и народа России.

Вопрос: Максим Товкайло, газета «Ведомости». Разрешите сначала пару коротких вопросов в режиме «да-нет».

Мы правильно поняли премьера, что если ввозит физическое лицо какие-то товары из стран, которые попали под санкции России (и те товары, которые попали под санкции), то никакие запреты – если, повторюсь, оно, лицо, ввозит для личных целей, – на него не распространяются?

Н.Фёдоров: Да, могу сразу ответить, абсолютно правильно поняли. Какое было законодательство, действовало до сих пор, такое и будет сохраняться на практике, поэтому в целях личного потребления в рамках таможенного законодательства всё остаётся так же.

Вопрос: По красной рыбе мы ввели санкции против Норвегии. Может быть, я ошибаюсь, но мне кажется как потребителю, большая часть именно красной рыбы, которая есть в магазинах, – это прежде всего рыба из Норвегии. Так ли это? И из каких ресурсов мы можем заместить норвежскую рыбу?

Н.Фёдоров: Думаю, что у вас правильное впечатление. Действительно, доля норвежской рыбы и рыбной продукции достаточно высока, из импортной – именно норвежской. Но я вам привёл общие цифры, что мы экспортируем без малого 2 млн т водных биоресурсов, в том числе и достаточно красной рыбы, и красной икры. Импортируем – 600–700 тыс. т. Поэтому  нам, конечно, придётся предпринять дополнительные усилия. Мы с торговыми сетями об этом не просто говорили, а сейчас готовимся даже подписывать соглашение о переориентации некоторых логистических потоков, для того чтобы в возможных временно дефицитных регионах, если они привыкли получать из Норвегии, замещение шло за счёт или российской рыбы, российских водных биоресурсов, или из других стран, которые могут конкурентно идти на смену норвежцам.

Вопрос: Швейцарию действуют эти санкции как на члена Евросоюза?

Н.Фёдоров: Нет, Швейцария  не страна Евросоюза.  Тут были, действительно, всякие разговоры, я читал, в прессе ставили вопрос о Швейцарии, Японии. На них не распространяются.

Вопрос: Вы говорили о финансовой поддержке аграриев. Действительно ли Россельхозбанк обратился в Минсельхоз и Правительство с просьбой о докапитализации в ближайшее время на 50 млрд рублей и размещении в банке депозита на 100 млрд рублей? И второй вопрос в продолжение вашего сообщения про программу: всё-таки на сколько Минсельхоз предлагает увеличить объём финансирования аграриев, хотя бы в рамках ближайшей трёхлетки, которая сейчас федеральным бюджетом разрабатывается?

Н.Фёдоров:  Мы говорим о том, что аграрному сектору целесообразно в течение ближайших трёх-четырёх лет дополнительно выделить порядка 137 млрд рублей. Это наши предложения, наши расчёты. Но эти расчёты сделаны не с учётом вчерашнего и сегодняшнего решений, когда многие наши эксперты говорят об освобождении на полках ресурсов, которые быстро можно нарастить за счёт отечественного производства, поскольку временно выбывает продукция из пяти субъектов международного права.

И по поводу Россельхозбанка. Минсельхоз после достаточно широкого общения со всеми заинтересованными представителями и отраслевыми союзами представил свои предложения с учётом просьбы Россельхозбанка по докапитализации на сумму 77 млрд рублей до 2020 года. Это цифры не секретные, они, по-моему, проходили в рамках экспертного обсуждения. Понятно, что Россельхозбанк, как это всегда, наверное, бывает в такой ситуации, хотел бы и просит больше, но наши расчёты в отраслевом министерстве остановились на цифре 77 млрд рублей.

Вопрос: Видите ли вы риски попыток ограничить экспорт зерна из РФ в ответ на принятые меры и как они могут проявиться? И вообще, какой у вас прогноз по экспорту, учитывая, что урожай может быть 100 млн?

Н.Фёдоров: С чьей стороны ограничить?

Реплика: Со стороны тех стран, против которых введены меры.

Н.Фёдоров: У нас в основном экспорт зерна идёт не в Канаду, не в США и не в Евросоюз, а на Ближний Восток, в Африку, Азиатский регион. Это страны дружественные нам в данном случае. У нас сейчас идёт определение взаимоотношений по поводу действий недружественных. Поэтому на рынке зерна и экспорта зерна у нас всё вполне прогнозируемо, и даже ситуация, я бы сказал, несколько лучше, как это ни странно, из-за этой неприятной стороны с этими пятью субъектами.

По поводу других стран у нас более благоприятная ситуация по расширению сотрудничества. Причём я как министр вижу перспективы расширения сотрудничества и некоторые корректировки рынка международного сотрудничества в долгосрочной перспективе. Всё то, что происходит сегодня, имеет, как ни странно, позитивное значение для того, чтобы наш рынок сотрудничества был более диверсифицирован. Конечно, Евросоюз более удобен, но сколько можно жить просто только в удобстве из-за того, что географически близки и рынок хороший! Азиатско-Тихоокеанский регион, Ближневосточный регион – эти регионы для продовольствия, для продовольственного рынка (я убеждён в этом) более перспективны для России.

Реплика: Прогноз…

Н.Фёдоров: Прогноз производства зерна, экспорта зерна мы пока не имеем достаточных оснований сильно менять, в пределах 25 млн т зерновых мы можем экспортировать в этом сельскохозяйственном году. По сегодняшним оценкам прогноз урожая зерновых, постучу на всякий случай, у нас весьма благоприятный, порядка 100 млн т. И если вы заглядываете на наш сайт, знаете, что уже опережает прошлогодние показатели более чем на 14 млн т зерновых и по пшенице – более 10 млн т. Прошлый год был неплохой, позапрошлый был тяжёлый.

Вопрос: Александр Орлов, «Газета.ру». Николай Васильевич, не опасаетесь ли вы, что запрет на поставки некоторых товарных позиций, к примеру, мяса коров породы абердин-ангус, может негативно сказаться на ресторанном бизнесе?

Н.Фёдоров: Объём я приводил. Потребление говядины, вообще мяса КРС из этих стран всего 59 тыс. т. Если сравнивать возможности замещения через другие страны, с которыми мы уже начали не просто переговоры, а контракты заключать, могу со стопроцентной уверенностью сказать, что потребители мраморного мяса, высококачественной говядины не пострадают. Они не заметят, что что-то происходит во внешнеэкономических отношениях между Россией, странами Евросоюза, Канадой или США. Могу вас успокоить и заверить, что вы не почувствуете дефицита высококачественной говядины. Как вы ели в хороших ресторанах (насколько я догадываюсь по вашей заботе о потребителях хороших ресторанов), так и будете кушать на здоровье.

Хорошего аппетита.

Выделить фрагмент

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.